Король в моем плену  - Стелла Вайнштейн

— А у кого вкусняшка для хорошего мальчика?

Фрикс приземлился, с любопытством заковылял в нашу сторону, выставив вперед округлый живот и смешно раскрыв кожистые крылья. Я дала Маро в руки склянку со своей прядью.

— Можно я угощу его своими? — попросила подруга.

Я кивнула, прикусив нижнюю губу.

Маро отрезала прядь и скормила благосклонно урчавшему фриксу.

Пока он был занят, я протянула руку Садату, намереваясь следующим ввести его. Рейс дернулся, намереваясь вклиниться, но в последнее мгновение остановил себя. Молча смотрел, как крепко я сжала руку эмира, как приобняла его одной рукой за талию, чтобы фрикс воспринял запах Алиима в контексте моего.

— Повторяю: молча и медленно.

— Слушаюсь и повинуюсь, мудрейшая.

Забыла, что для Садата я авторитет и мое слово — закон.

Маро повернулась к нам, протянула эмиру одну из своих прядей. К слову сказать, отрезанные кучерявые волосы становились прямыми. Дочери набтитов смуглы и стройны, обладают чуть ли не мальчишечьим телосложением. Маро же хотелось обладать пышными формами и курчавой шевелюрой.

— Милаха, бери запах, это свой.

Пятачок коснулся руки эмира. На мгновение фрикс обнажил острые длиннющие клыки, но, нащупав искрящиеся магией пряди, осторожно слизал их раздвоенным языком и довольно захрустел.

— Не двигайтесь, — предупредила я гостей и направилась к оставшемуся за дверью Рейсу.

Он расслабился, как только наши пальцы переплелись, а рука легла на его талию. Прижал меня крепче к себе, с какой-то обреченностью. Открыл рот для вопроса, но, увидев ждущие взгляды Маро и Садата, передумал.

— Я помню, плавно и медленно, — прошептал он чуть ли не в мои губы.

По телу прошла дрожь, и я почувствовала, как подгибаются колени. Невероятно красивый Рейс нависал сверху, и я поняла: еще одно мгновение — и я его поцелую. Поэтому уткнулась в грудь, потерлась носом о камзол, делая вид, что делюсь запахом.

Провела, тесно прижимаясь, в комнату, млея от близости короля.

— М-милаха. — Я прокашлялась и велела: — Этого запомни особенно. Его не трогать ни в каком случае.

Отвинтила крышку банки и высыпала на ладонь Рейса свои русые волосы. Эх, Милаха сегодня будет пьяным от обжорства. Вон как глазки красные, с демонским огнем, прикрыл от удовольствия и слизывает, смакует каждую волосиночку.

Поняв, что больше посетителей не будет, фрикс забрался обратно на насест, перевернулся вниз головой и захрапел, изредка открывая то один глаз, то другой. Наблюдал.

Я подвела гостей к трем мраморным постаментам с последними сотворенными артефактами. Сняла стеклянный колпак с первого. На белом мраморе черным бархатом лежала накидка, которая была на мне в первый день приезда Рейса в замок. Я встряхнула ткань — она стала невесомой и почти прозрачной.

— Артефакт защиты. Надевший сей плащ будет неуязвим для любого оружия.

Накинула ее на плечи. Накидка замерцала и словно впиталась в кожу. Я закружилась, широко расставив руки, желая показать, что артефакт нисколько не стесняет движений, и вопросительно посмотрела на мужчин.

У обоих глаза горели жадным интересом. Еще бы! Насущная задача любого правителя — остаться в живых. Рейс рассказывал о покушении, уверена, у Садата те же проблемы. Только бы не начали препираться, я еще два других не показала.

Аккуратно сложила вновь проявившуюся накидку на постамент и сняла стеклянный колпак со второго артефакта. Прозрачное перо словно светилось в полумраке комнаты, переливаясь радужным светом.

— Этот артефакт дает возможность превратиться в птицу. Незаметно перелететь куда угодно, подслушать разговоры, не предназначенные для ваших ушей.

Я и без предмета могу перевоплощаться, но следовало продемонстрировать действие. Обернулась воробышком, заметалась по комнате, чирикнула. Потом притулилась на полке так, что слилась с ней и стала почти незаметной. Вернулась обратно, водрузила перо на место.

Все, Рейс пропал. Он был загипнотизирован мягким светом, прошившим очин, веером расходившийся через бородки.

— Сколько? — хрипло спросил он. — Сколько стоит подобное чудо?

— О цене поговорим после. Сперва осмотрите третий артефакт.

Именно его я предполагала отдать Рейсвальду. Догадка зрела во мне с того самого дня, как я посетила Бретель и увидела, как кто-то тащит из Катрин магию, а значит, и жизненную силу. Интуиция кричала о том, что ключ к разгадке находится в короле.

Третий артефакт выглядел неприглядно. Простая кожаная фляга, такую носит на себе каждый воин или путешественник. Потертая от времени, с почерневшей крышечкой, она не мерцала и не светилась.

— Этот артефакт охраняет от магического влияния.

Я не стала хвалить преимущества данного предмета, так как не желала отвлекать Садата от восторженного разглядывания накидки. Взгляд Рейса был прикован к перу. Мальчики, вы не сороки, не бросайтесь на блестящее!

Продавать сразу двоим чревато конфликтом. Я надеялась, что уважение ко мне обоих смирит их крутые нравы. Не хотелось быть свидетельницей драки за один артефакт. Этого, к счастью, не произошло. Маро благостно жмурилась, висела на плечах Садата, полностью довольная жизнью. Любой магический предмет укрепляет государство. Приведя любовника, она выиграла дважды: помогла подруге в тяжелую минуту и услужила эмиру.

Теперь предстояло предложить Садату накидку так, чтобы он ушел в полной уверенности свободы выбора, хотя на самом деле перо я собиралась оставить себе.

— Надеюсь, вашим вниманием завладел хоть один из показанных предметов. Озвучьте ваш выбор, а дабы не смущать присутствующих разговором о цене, окончить передачу предлагаю подле северного окна. Эмир Алиим, готовы ли вы начать?

— Позвольте… — начал Рейс, но я уже взяла эмира за руку и увела в дальнюю часть комнаты.

Маро быстро ориентировалась в ситуации. Она атаковала Рейса щебетанием, и тот был вынужден прекратить сопротивление.

— Ах, как вы с Эви познакомились? Она ужасно скрытная, никогда не рассказывает о поклонниках. Если бы вы знали, сколько достойнейших мужчин добивается ее благосклонности…

Наглая ложь! То есть да, я могла бы взять в любовники любого свободного государя. Отношения с ведьмой весьма выгодны, тут сложно различить, играет ли роль привлекательность магии или личных качеств. Впрочем, Маро решительно настроилась стать «сообщницей по соблазнению». Пусть ее.

Эмир вежливо ждал, пока я нашла тихое место за стеллажами.

— В знак благоволения предоставляю вам право выбирать первым, эмир Алиим.

— Почтен честью, мудрейшая. Из трех предметов, полагаю, наименее ценна для вас тряпица. Готов избавить от нее из безмерного уважения к вам, в благодарность за бесценную помощь, оказанную в прошлый визит.